А тем временем...

В мире

Facebook

Главная » В мире

Создана: 19 November 2018 в 15:24

«Гарики» и большое интервью с автором знаменитых четверостиший – поэтом Игорем Губерманом…

И Украину, и Россию поэт тоже считает своей Родиной. Вопрос журналиста: - Вы родились в Украине – в Харькове. Как оцениваете ситуацию на своей малой родине? Как человек, изучавший психологию фашизма, что думаете по поводу, как пишут в России, «поднявшего голову бандеро-фашистского движения»? Игорь Губерман: - Я восхищён тем рывком, который сделала Украина к свободе. Но очень трудно там сейчас. Радиация от «советского лагеря» - ещё весьма сильна. Кроме того, к власти после всяких революционных перемен приходят люди, сильно отягощённые вчерашним наследием, и это очень заметно.

Фото: Игорь Губерман.

Опрос

Как вы оцениваете свой «добробут» - уровень жизни?

Показать результаты

Loading ... Loading ...

Накануне гастролей в Балтии – в Риге и Резекне - Игорь Губерман дал интервью порталу Delfi.

Игорь Губерман: ...- Я думаю (а скорей, - надеюсь), что через два-три поколения Украина станет жить достойно и благополучно. А что касается так называемого «бандеро-фашистского движения» в Украине, то вся эта херня - чистый продукт той пропаганды, о которой мы только что говорили. Сегодня все внешнее поведение России зависит от амбиций и взбрыков одного человека, с сожалением утверждает поэт Игорь Губерман, автор знаменитых «гариков», которые он даже после 30 лет жизни в Израиле продолжает писать по-русски, считая знание языка своей второй родины «делом вполне вторичным»...

«Гаренька, каждое твое слово – лишнее!..», - говаривала любимая бабушка будущего поэта. Она же в свое время открыла Игорю Мироновичу страшную семейную тайну – ее двоюродным братом была яркая историческая личность - инженер и революционный деятель Пинхас Рутенберг, который сдал пресловутого попа Гапона и просил у Керенского мандат на повешение Ленина и Троцкого, но не получил. Позже он бежал в Палестину и электрифицировал Израиль.

Не менее масштабной личностью был родной брат Игоря Губермана - геолог Давид Губерман. В 60-х годах он на советском оборудовании пробурил самую глубокую в мире скважину в 15 км - на Кольском полуострове. До последних дней своей жизни (2011 года) он возглавлял НПЦ «Кольская сверхглубокая». Сейчас - скважина заброшена.

Сам поэт - Игорь Миронович Губерман - писать стихи начал в 10-м классе средней школы. В своих первых пробах пера он занимался лишь тем, что укорял женщин за неотзывчивость.

Когда же отзывчивость случилась, он утопил эти записи в помойном ведре. К своей знаменитой форме четверостиший-«гариков» он пришел, обнаружив, что на дружеских вечеринках его длинные сочинения никто не слушает.

Первые «гарики» он посвятил жене – дочери писателей Юрия и Лидии Либединских, урожденной Толстой.

«Моя жена - не струйка дыма, Не суповой набор костей. Моя жена - мною любима, Но, по весне все ж тянет на б…».

Так сложилось, что среди друзей Губермана всегда было много диссидентов и сионистов. В связи с чем, отец ему говорил: «Гарик, тебя посадят раньше, чем ты этого захочешь!..».

Так оно и случилось: в 1979 году Губермана арестовали по обвинению в покупке краденых икон и отправили в Сибирь на пять лет. В лагерях он вел дневники, которые впоследствии оформились в книгу «Прогулки вокруг барака».

В 1979 году Губерман был арестован по сфальсифицированному обвинению (о покупке краденых икон) и приговорён к пяти годам лишения свободы. Не желая лишнего политического процесса, власти судили Губермана как уголовника по статье за спекуляцию. Попал в лагерь, где вёл дневники.

«Попавшись в подлую ловушку, сменив невольно место жительства, кормлюсь, как волк, через кормушку и охраняюсь, как правительство».

«Я теперь вкушаю винегрет сетований, ругани и стонов, принят я на главный факультет университета миллионов».

«И я сказал себе: держись, Господь суров, но прав, нельзя прожить в России жизнь, тюрьмы не повидав».

В 1984 году поэт вернулся из Сибири. Долго не мог прописаться в городе и устроиться на работу.

В 1987 году Губерман эмигрировал из СССР, с 1988 года живёт в Иерусалиме.

«В неволе зависть круче тлеет и злее травит бытиё; в соседней камере -светлее и воля ближе из неё».

«Томясь тоской и самомнением, не сетуй всуе, милый мой, жизнь постижима лишь в сравнении с болезнью, смертью и тюрьмой».

И вот спустя много лет с внучкой Губермана происходит забавный случай.

Игорь Губерман: - Случаются и неожиданные радости. Вот, например, старшая моя внучка, доблестно отслужив в израильской армии два года, в самом конце своего патриотического срока угодила в военную тюрьму. На двадцать дней…

«Еда, товарищи, табак, потом вернусь в семью; я был бы сволочь и дурак, ругая жизнь мою».

…Она с однополчанами обоего пола то ли вечером немного выпила, а то ли накурилась, но вошла в кураж и позвонила домой какому-то офицеру (телефон его откуда-то имелся). Когда тебе довольно поздним вечером звонят твои солдаты и говорят, какой ты сукин сын и вообще скотина, не любимая никем, то глупо утром не доложить об этом по начальству.

Внучка моя никого, естественно, не выдала, вину взяла исключительно на себя и получила срок. Но это же израильская армия: ей тут же было предоставлено свидание с матерью, чтоб та везла в тюрьму продукты повкуснее, сигареты и какое-нибудь назидание. Внучка сидела весёлая и счастливая. Увидев мать, она восторженно сказала: «Мама, я теперь, - как дедушка!». И старый зэк, узнав об этом, стыдно прослезился.

«Думаю я, глядя на собрата - пьяницу, подонка, неудачника, - как его отец кричал когда-то: «Мальчика! Жена родила мальчика!».

«Страны моей главнейшая опора - не стройки сумасшедшего размаха, а серая стандартная контора, владеющая ниточками страха».

«Как же преуспели эти суки, здесь меня гоняя, как скотину, я теперь до смерти буду руки при ходьбе закладывать за спину».

«Что я понял с тех пор, как попался? Очень много. Почти ничего. Человеку нельзя без пространства, и пространство мертво без него».

«Разгульно, раздольно, цветисто, стремясь догореть и излиться, эпохи гниют живописно, но гибельно для очевидца».

«В тюрьме я учился по жизням соседним, сполна просветившись догадкою главной, что надо делиться заветным последним - для собственной пользы, неясной, но явной».

«Вчера сосед по нарам взрезал вены; он смерти не искал и был в себе, он просто очень жаждал перемены в своей остановившейся судьбе».

«Я что-то говорю своей жене, прищурившись от солнечного глянца, а сын, поймав жука, бежит ко мне. Такие сны в тюрьме под утро снятся».

«Тюрьмой сегодня пахнет мир земной, тюрьма сочится в души и умы, и каждый, кто смиряется с тюрьмой, становится строителем тюрьмы».

«Здесь ни труда, ни алкоголя, а большинству беда втройне - еще и каторжная доля побыть с собой наедине».

«В тюрьме вечерами сидишь молчаливо и очень на нары не хочется лезть, а хочется мяса, свободы и пива и изредка - славы, но чаще - поесть.

«Божий мир так бестрепетно ясен и, однако, так сложен притом, что никак и ничуть не напрасен страх и труд не остаться скотом».

…В 1987 году семья Губермана эмигрировала в Израиль и поселилась в Иерусалиме. Этот момент своей биографии он отразил в «гарике»:

«Мы едем! И сердце, разбитое колотится в грудь, обмирая. Прости нас, Россия немытая, и здравствуй, небритый Израиль!».

На новой родине Губерман продолжает сочинять ироничные четверостишия на русском языке, с которыми часто выступает на территории постсоветского пространства.

Кроме того, Игорь Губерман написал немало книг на серьезные темы - биологической кибернетики, исследования мозга и психологии фашизма.

В стихотворениях этого ироничного поэта нет такого явления, человека или предмета, которые не преобразились бы под его пристальным взглядом лирика и сатирика.

Читатели верят ему, потому что чувствуют, что он выстрадал свою горькую усмешку, не разуверившись в людях.

Об этом выдающемся поэте-сатирике, рубящем правду-матку, можно сказать, что он умеет смеяться назло врагам, порой цинично и грубо, но всегда без фальши и лжи.

Хлесткие «гарики» (четверостишия) Игоря Губермана отражают жизненные курьезы и злободневные проблемы, которые знакомы большинству людей.

Мы подобрали 16 интересных фактов о жизни и творчестве этого замечательного поэта.

Родился будущий поэт-сатирик в первой столице УССР Харькове в июле 1936. В том же году еврейское семейство Губерманов переехало в Москву.

Родители Игоря были типичными советскими интеллигентами. Мать, Эмилия Абрамовна, окончила консерваторию. Отец, Мирон Давыдович, зарекомендовал себя как отличный инженер-экономист.

Гарик, так называли Игоря в семье, рос любознательным, смышленым мальчиком, любящим чтение. С раннего детства его учили чувствовать и любить слово, читая сказки, которые написала его бабушка.

«Добро со злом - природой смешаны, как тьма ночей со светом дней; чем больше ангельского в женщине, тем гуще дьявольского в ней».

Еще в начальных классах мальчик поражал учителей своими знаниями. В течение всех школьных лет он удивлял всех отличными успехами.

В 1953 юноша по окончании школы получил золотую медаль. Впрочем, это не спасло его от сложностей поступления в вуз. Отец посоветовал ему получить техническое образование.

Однако в Энергетическом институте Игорь провалился на собеседовании, а в МВТУ имени Баумана сказали, чтобы он не тратил время. Удача улыбнулась ему лишь в МИИТ, где на его национальность не обратили внимания, как в предыдущих вузах. Быть евреем в пятидесятые годы минувшего столетия было не так-то просто.

К периоду студенчества относятся его стихи, которые сам поэт позднее назвал «полнейшей чушью». Он радовался, что его «сопливые и радостные» стишки не были известны широкой общественности. А вот знаменитые четверостишия «гарики» Губерман начал создавать в 1960-е.

Работая по специальности инженером-электриком, молодой человек активно занимался литературной деятельностью.

В конце 1950-х он познакомился с журналистом и издателем Александром Гинзбургом. В круг его общения постепенно входили творческие свободолюбивые люди – поэты, художники, философы.

Да и сам Губерман проявил себя как поэт-диссидент, создавая весьма откровенные стихи о проблемах советской страны.

К этому же времени относится написание им оригинальных сценариев к документальным фильмам, очерков, небольших статей.

«Еврeйский дух - слезой просолен, душа хронически болит, eвpей, который всем доволен, - покойник или инвалид».

Шестидесятые-семидесятые годы текли размеренно, спокойно. Поэт веселил людей своими «гариками» и казался абсолютно счастливым.

Однако в 1979 Губермана обвинили в приобретении украденных икон. Это было клеветой и ложью. Неугодному поэту, без каких бы то ни было разбирательств, по статье «Спекуляция» дали вполне реальный срок – 5 лет тюремного заключения.

Это тяжелое время оставило глубокий след в его душе. Позднее воспоминания об этом периоде жизни, записанные в тюремные дневники, легли в основу книги «Прогулки вокруг барака».

После выхода на свободу в 1984 поэту, нуждавшемуся в поддержке поэту, помог его собрат по перу Давид Самойлов.

Дело в том, что после отбытия наказания Губерману было отказано в московской прописке. Вот тогда-то Давид Самуилович предложил ему жилье в эстонском городке Пярну, где позднее и прописал поэта. Там Игорь Миронович Губерман трудился на киностудии, писал книги.

Судимость с Губермана через некоторое время сняли. Ему можно было ехать в Москву, но прописаться там, несмотря на наступившие перестроечные времена, было нельзя.

Тогда в 1988 и было принято решение всей семьей переехать в Израиль.

Кстати, имея израильскую визу, в тот период можно было без труда отправиться на проживание в США, но было принято решение отправиться на Землю Обетованную. В семействе считали, что советский еврей должен жить либо в России, либо в Израиле.

«Учусь терпеть, учусь терять и при любой житейской стуже учусь, присвистнув, повторять: плевать, не сделалось бы хуже!..».

Как и многие репатрианты в Израиле Губерман не рассчитывал на особый интерес к своей личности. Он был готов работать в любых местах. Так и случилось.

С первых лет пребывания в Израиле Игорь Миронович существенно пополнил перечень профессий. Ему пришлось трудиться и строителем, и инженером, и слесарем.

Только спустя годы пребывания в Израиле поэт осознал, что и в этой стране существует огромная армия русскоязычных почитателей его таланта. Так что даже вдали от России он может зарабатывать писательским трудом.

Губерман признается, что очень любит Израиль, называет его фантастическим государством. Ведь здесь даже камни источают запах истории. Ему там очень хорошо.

Однако и Украину, и Россию поэт тоже считает своей Родиной. Ведь он еврей, живущий в Израиле, однако мыслящий и творящий на русском языке.

«Вчера я, вдруг, подумал на досуге - Нечаянно, украдкой, воровато, - Что, если мы и вправду Божьи слуги, То, счастье - не подарок, а зарплата».

Его «гарики» берут свое начало в шестидесятых годах минувшего века. А вдохновили поэта на их написание дацзыбао – лозунги китайской культурной революции.

Поначалу его четверостишия имели такое же название. Однако затем Губерман дал им собственное ласкательное семейное имя. Он решил, что «гарики» – это то, что надо для его ироничных стишков. Таких четверостиший у поэта-сатирика больше 5000.

Собственную персону Игорь Миронович воспринимает с иронией, считая ее генетической чертой. Ведь в СССР человеку еврейской национальности нельзя было быть иным. К своей популярности также относится с юмором, рассказывая о ней множество смешных историй.

Жена поэта Татьяна, урожденная Либединская, – филолог по образованию. К творчеству супруга относится нормально, считая, что он и образы, населяющие его четверостишия, ничуть не похожи.

Кстати сам Игорь Миронович в свойственной ему самокритичной манере признается, что в семейной жизни он - капризный, мелочный, деспотичный и неразговорчивый человек.

«Бывает, - проснешься, как птица, крылатой пружиной на взводе, и хочется жить, и трудиться; но к завтраку это проходит».

Поэт считает, что вместе с женой исполнил долг по воспроизведению человечества, вырастив двух детей. Сын Эмиль работает программистом-процессорщиком, дочь Татьяна – воспитательницей в детском саду. Игорь Миронович уже четырежды дед.

Губерман не теряет своей популярности и сегодня благодаря актуальности своих оригинальных четверостиший. Он продолжает творить «гарики», много выступает в разных странах.

И на склоне лет остается удивительным оптимистом, по его словам, сохраняя недоверчивую любовь к человечеству.

Летом Игорю Мироновичу исполнилось 80 лет. По такому случаю, поэт ездил с юбилейными концертами по всей России. Как раз накануне латвийских гастролей он выступал в Москве и Петербурге.

- ...В Риге вы выступали не раз. Что еще вас связывает со странами Балтии?

Игорь Губерман: - Уже почти 60 лет тому назад на Рижском вагоностроительном заводе (Губерман окончил Московский институт инженеров железнодорожного транспорта, - Ред.) я писал свой дипломный проект.

С тех пор много раз бывал в Риге и очень люблю ваш город - за архитектуру, парки и общую атмосферу жизни.

Это, не говоря уже о том, что рижская аудитория моих читателей и слушателей - невероятно отзывчива, и выступать в Риге - одно удовольствие. К тому же, у меня в этом городе есть друзья, а это дополнительная радость от приездов.

- «В Россию можно смело верить, но ей опасно доверять…» - написали вы в свое время. Если верить опросам, многие жители Латвии сегодня с большой опаской смотрят на Россию. А вы сохранили опасливое отношение к бывшей родине?

- Сегодня всё внешнее поведение России зависит от амбиций и взбрыков всего лишь одного человека. Очень обидно, что вследствие этого Россию опасаются везде, но это вполне справедливо. Я по-прежнему люблю Россию (всё-таки прожил там полвека), и мне очень стыдно и больно за её сегодняшнее состояние.

- В интервью Радио «Свобода» вы назвали государственное устройство России паханатом. Как человек, прошедший лагеря, объясните, в чем особенности этого устройства? К чему они приводят?

- Паханат - это такое уголовное устройство человеческого общества, когда хозяева жизни - небольшой коллектив (шайка, если угодно) сплотившихся вокруг пахана так называемых шерстяных, подшёрстка и шестёрок.

Ни о какой законности тут речи быть не может, всё творится по чисто лагерным (воровским) понятиям.

Мне просто лень и недосуг вдаваться в детали и подробности этого бесчеловечного устройства, чуть похожего на средневековый феодализм.

Я уверен, что социологам самое время заняться этим видом человеческих отношений, отнюдь не диковинным для многих сегодняшних государств.

- Ваша жена, что она сейчас думает о России? Что видит в итоге - войну или мир?

- Мы с женой вместе уже более пятидесяти лет, у нас единое (как мне кажется) мировоззрение и оценка всего, что происходит в мире. А войной, кстати, попахивает крепко.

- Вы не скрываете, что за почти 30 лет жизни в Иерусалиме толком не выучили иврит и говорит по-русски. Похожая ситуация – у многих русскоязычных жителей Латвии. Наши официальные лица утверждают, что настоящий патриот обязан знать латышский, иначе он не любит Латвию. Насколько уютно при своем знании иврита вы себя чувствуете в Израиле, можете ли назвать себя патриотом?

- Несмотря на моё крайне слабое знание иврита, мне очень уютно жить в Израиле. Я не люблю слово «патриотизм», уж очень оно замызгано ханжами, демагогами и приспособленцами всех мастей, включая множество мерзавцев.

Но я очень люблю страну, где много лет уже живу, очень горжусь ею и не променял бы ни на какую другую. А знание языка, на мой взгляд, дело вполне вторичное.

- У вас есть чудесный «гарик»: «Мне моя брезгливость дорога, мной руководящая давно: даже чтобы плюнуть во врага, я не набираю в рот г***о». Сегодня такие люди - редкость. Как вы общаетесь с врагами, если они у вас есть?

- Я даже не знаю, есть ли у меня враги. А если есть, то мне их только жалко. Недоброжелатели есть наверняка, но я общаюсь исключительно с друзьями. Их, по счастью, много.

- Вы написали немало книг про человеческий мозг. В последнее время (особенно, как почитаешь «Фейсбук») ощущение такое, что многим людям серое вещество стало отказывать. В чем причина оголтелости и неприятия? Закончится ли это когда-то? Как не поддаться всеобщей истерии?

- Вы правы: какая-то общая озлобленность ощутимо витает в воздухе. В России - это результат массивной, глобальной и даже талантливой пропаганды, текущей со страниц и телевизионных экранов. Очень хочется думать, что это временное безумие.

- Вы родились в Украине – в Харькове. Как оцениваете ситуацию на своей малой родине? Как человек, изучавший психологию фашизма, что думаете по поводу, как пишут в России, «поднявшего голову бандеро-фашистского движения»?

- Я восхищён тем рывком, который сделала Украина к свободе. Но очень трудно там сейчас. Радиация от «советского лагеря» - ещё весьма сильна. Кроме того, к власти после всяких революционных перемен приходят люди, сильно отягощённые вчерашним наследием, и это очень заметно.

Я думаю (а скорей, - надеюсь), что через два-три поколения Украина станет жить достойно и благополучно. А что касается так называемого «бандеро-фашистского движения» в Украине, то вся эта херня - чистый продукт той пропаганды, о которой мы только что говорили.

Источник.

Автор: Беседу вели и факты о жизни знаменитого поэта собирали Кристина ХУДЕНКО и Анна БОК (Латвия, Литва).
Источник:«Политика&Деньги» - politdengi.com.ua.

Нашли ошибку? Выделите и нажмите Ctrl+Enter

Ваш запрос обрабатывается....

Комментарии - Нет комментариев

Добавить комментарий

Развернуть форму



Самые обсуждаемые

Популярные

43 queries. 0.610 seconds.
43 / 0.610 / 14.82mb